Семь Матерей Солнца. День шестой. Часть 2

В целом, благодаря недавней реставрации, это здание выглядело очень красиво. Но, к сожалению, на всей улице такое отреставрированное здание было только одно.

- Кстати, мужики, обратите внимание, - обратился к друзьям Дмитрий, - В этом квартале все старые здания стоят фасадами вплотную друг к другу, образуя как бы единую стену. И благодаря этому очень хорошо видно, что они строились в разное время. Те, которые старые, расположенные справа и слева, были построены до выпадения слоя глины, а вот это, отреставрированное, построили уже после этого события.

- А как ты это так быстро определил? - удивился Олег.

- Да очень просто, - ответил Дмитрий, - Вот, смотри, видишь, у центрального здания уровень между первым и вторым этажом выше где-то на метр двадцать, метр сорок. Это очень хорошо видно, и по старому белому зданию справа (на первом фото), и вон по тому старому кирпичному зданию слева.

- Опять же, арка для въезда во двор у этого здания нормальной высоты, - продолжал Дмитрий, - Хотя у соседнего здания слева все признаки засыпанного первого этажа. Окна практически в уровень земли, очень низкая входная дверь без крыльца. И я уверен, что если в неё зайти, то уровень пола там окажется ниже уровня тротуара.

- Слушай, и правда, когда ты показал, я тоже это увидел, - сказал удивлённо Олег, - А до этого смотрел на эти дома, вроде даже чувствовал, что что-то не так, а понять не мог.

С противоположной стороны улицы стояло другое старинное здание, но в  ужасном состоянии. Сразу было видно, что хозяина у него уже давно нет. Большинство стёкол были выбиты, у окон на втором этаже были целиком выломаны рамы, да и фасаду давно требовался хотя бы косметический внешний ремонт.

Но все эти разрушения и безобразия не могли скрыть исходную красоту этого старинного здания, стены которого были обильно украшены декором.

- Похоже, что это здание тоже было построено уже после того, как выпал слой глины, - проговорил Олег, обращаясь к Дмитрию, - У него тоже нет признаков засыпки. Окна высоко, двери в полную высоту и даже какое-то крыльцо у входа просматривается.

- Да, скорее всего, - согласился Дмитрий, - Зато вон то здание на углу, с другой стороны, его точно строили раньше. Снова все признаки засыпанного первого этажа. Окна возле земли, низкая дверь без крыльца, да и порог у неё ниже, чем современный уровень асфальта.

- Но ведь оно выглядит практически так же, - заметил Олег, - Не похоже, чтобы оно было сильно старше. Тот же кирпич, те же строительные технологии, да и степень сохранности самого здания примерно такая же. Между датами их постройки ну двадцать, ну тридцать лет, ну максимум пятьдесят, но никак не сто и не двести.

- Вот именно! - подхватил мысль друга Дмитрий, - Готов поспорить, что вот это заброшенное здание и отреставрированное, возле которого мы машину оставили, были построены после 1880 года, может быть даже вообще в начале 20-го века, а те, у которых первый этаж засыпан, построены раньше, но не намного, 1840-1850 года. То есть, это лишний раз доказывает, что никакой это не «культурный слой», как нас пытаются убедить «официалы». Опять же, если это якобы «культурный слой», то почему он не появился у более новых зданий за прошедшие 140 лет? То есть, до момента их постройки он накапливался с достаточно высокой скоростью, больше метра за 40 лет, а потом бац, и перестал накапливаться!

- Интересно, а вон то здание дальше, - Олег указал на длинное бело-голубое здание, занимавшее половину следующего квартала, - Оно до выпадения глины было построено или после?

- Пойдём, посмотрим, - ответил Дмитрий, и устремился дальше по улице.

В отличие от предыдущих зданий, у которых фасад был выложен из резного красного кирпича и изначально не имел другой отделки, данное здание было построено в античном стиле и имело богато украшенный лепниной оштукатуренный бело-голубой фасад.

- Очень интересно, - проговорил Дмитрий, рассматривая фасад здания с центральным входом, - Сперва кажется, что у него нет засыпанного первого этажа, но на самом деле двери стоят очень низко и как такового крыльца у входя нет. А то, что при первом взгляде кажется крыльцом со ступеньками, на самом деле есть часть старого тротуара, который идёт вдоль здания. И тогда получается, что это здание построили раньше, до того, как выпала глина. Просто уже в наше время сделали новую вертикальную планировку улицы и часть грунта с проезжей части сняли. А при выходе на парковку с тротуара сделали ступеньки.

- Да, похоже на то, - согласился Олег, - Что-то я сильно сомневаюсь, чтобы кто-то стал тут специально этот тротуар отсыпать и поднимать выше вдоль всего достаточно длинного здания. Слишком дорого. Сделали бы обычное крыльцо со ступеньками и всё.

- Я вам больше скажу, - сказал Евгений, подойдя с Олегу с Дмитрием сзади, - Его строили ещё когда был тёплый климат, до похолодания.

- Это ещё почему, с чего ты взял? - удивился Дмитрий.

- А вы внимательнее к узорам присмотритесь, - ответил Евгений, - Это же всё тропические растения. Пальмовые листья, цветы разные, а на самом верху, вон прямо над входом, вообще ананас изображён.

Дмитрий с Олегом некоторое время удивлённо заново рассматривали фасад здания.

- А ведь и правда ананас, - пробормотал Дмитрий, - А я сразу даже и не заметил!

- Ну что же вы, батенька, - улыбаясь, проговорил Евгений, похлопав брата  по плечу, - Внимательнее надо быть, внимательнее!

После чего все трое дружно засмеялись.

Дальше по улице за бело-голубым зданием стояло ещё одно старинное здание с оштукатуренным фасадом, имевшее белый низ и красный верх.

На углу здания была сооружена небольшая башенка с куполом, над которой возвышался небольшой кованный шпиль. А наверху, с угла здания в сторону улицы, был закреплён старинный кованный кронштейн, на котором раньше явно что-то висело, то ли какая-то вывеска, то ли фонарь, освещавший улицу.

- Интересно, - проговорил Дмитрий, разглядывая это здание, - На первый взгляд кажется, что у него вообще нет засыпки. Но если присмотреться повнимательнее, то видно, что засыпка есть, но она меньше, чем у бело-голубого здания. При этом, что интересно, разница в уровне этажей у него меньше, чем у того дома, где мы машину оставили. Там она явно больше метра, ближе к полутора, а тут эта разница с бело-голубым зданием явно меньше метра, где-то сантиметров семьдесят.

- И что это значит? - поинтересовался Олег.

- А это значит, что его построили в тот период, когда часть слоя глины уже выпала, а потом, когда его уже начали строить, глина выпала снова, - ответил Дмитрий, - Мы, когда с Николаем Михайловичем этот момент разбирали, то у нас получилось, что глина сверху выпадала на протяжении достаточно длительного времени. Первый раз это произошло в 1825 году, после чего она регулярно выпадала с интервалом в 6,6 года. Наибольший уровень был в 1844 году, а прекратилось это всё где-то к 1871 году. Связано это было с тем, что Земля несколько раз проходила через пылевое облако, которое образовалось при разрушении одной из планет нашей планетарной системы. Поэтому в этом облаке оказалось много глины, точнее мелко дисперсионной пыли, которая захватывалась атмосферой, после чего постепенно выпадала на поверхность, формируя слой той самой красно-бурой глины, которую мы находим повсеместно. Помнишь, мы её даже тут в карьерах за Чемалом видели?

- Да, помню, помню - подтвердил Олег, - Мы там ещё с тобой под дождём к карьеру бегали.

- Кстати, по нашим данным, похолодание, которое наступило в середине 19-го века, тоже было связано с этим же процессом, - продолжил свой рассказ Дмитрий, - Когда Земля проходила через это пылевое облако, то пыль, которую захватывала атмосфера Земли, вначале находилась в верхних слоях атмосферы, образуя там своеобразный экран, который блокировал прохождение солнечной радиации к поверхности Земли.

- Получалось что-то типа ядерной зимы? - спросил Евгений брата.

- Да, именно, только так называемая «ядерная зима», это фейк, который придумали для того, чтобы было проще развалить СССР. Когда перепроверили расчёты, которые тогда приводились в качестве доказательства теории «ядерной зимы», то оказалось, что они основываются на ложных исходных данных. На самом деле даже при достаточно большом количестве ядерных взрывов они не смогут поднять в верхние слои атмосферы необходимое количество пыли и пепла, а тот пепел, который образуется во время пожаров, возникающих после ядерных взрывов, уже не может подняться в верхние слои, чтобы вызвать необходимый эффект экранирования. А вот когда Земля проходила через космическое пылевое облако, то огромное количество пыли изначально попадало именно в верхние слои, создавая достаточно плотный экран, блокировавший прохождение солнечного света.

- Тогда понятно, почему у нас здания и церкви, которые были построены до первой половины 19-го века, изначально не имели ни тепловых тамбуров, ни печей для отопления, - проговорил Олег, - Я таких зданий множество у нас в Томске находил и меня постоянно интересовал вопрос, как они могли так строить в нашем сибирском климате, где 7 месяцев в году холодно?

- Так потому и строили без тамбуров и печей, что они раньше были не нужны, - ответил Дмитрий, - Кстати, вечная мерзлота начала оказывать сильное влияние тоже именно в этот период, но возникла она раньше.

- А вот тут поподробнее, - попросил Олег, - меня давно этот вопрос с вечной мерзлотой интересует, поскольку официальное объяснение ну никак не совпадает с реальными фактами.

- Если всё подробно рассказывать, то это нужно читать лекцию не на один час, - улыбнулся Дмитрий, - Но если кратко, то вечная мерзлота идёт изнутри Земли, из недр. А возникает она в тот момент, когда углеводородная смесь, те самые нефть и газ, которые мы сейчас как раз в Сибири добываем, поднимается из глубины ближе к поверхности. Там, на глубине, она находится под очень высоким давлением. А когда начинает подниматься к поверхности, то там есть много подземных пустот, причём достаточно большого размера. Ну а дальше тот же самый эффект, что и в обычном бытовом холодильнике. Когда эта углеводородная смесь, в которой много газов, попадает в эти большие полости, то давление спадает и она начинает расширяться.

- Ну да, а при расширении любые газы охлаждаются, - согласился Олег, - Это курс базовой физики из средней школы. Вот у нас и получился под землёй естественный природный холодильник.

- Причём не просто холодильник, а очень сильный холодильник, - подхватил Дмитрий, - Поскольку изначально вся эта смесь находится на глубине под давлением больше тысячи атмосфер, а в обычном холодильнике создаётся давление всего около трёх атмосфер. Причём всё это происходило во время той же самой планетарной катастрофы, когда происходило расширение Земли и деформация земной поверхности с образованием тех скал и хребтов, которые мы тут видели. Это всё взаимосвязанные процессы. Только где-то наверх шла гранитная масса, а где-то углеводородная смесь.

- Так и что получается, - спросил Женька, - Мерзлота внутри Земли возникла ещё раньше, 500 лет назад, а на поверхность вышла только в 19 веке?

- Да, получается так, - согласился Дмитрий, - Просто пока было тепло, Солнце успевало разогревать поверхностный слой до такой степени, что мерзлота не успевала дойти до поверхности. Тут всё дело в температурном балансе, а также теплопроводности земной коры, то есть скорости, с которой тепло будет передаваться через материал от одного края к другому. Если нагрев с одного края будет достаточно интенсивный, быстрее, чем это тепло распространяется через материал, то внешний поверхностный слой будет горячее, чем внутренние слои. А когда интенсивность нагрева меньше, чем скорость передачи этого тепла через грунт, то он начнёт как бы замерзать, поскольку очень холодные массы под этим слоем будут забирать из него тепло быстрее, чем идёт нагрев. При этом вся эта переохлаждённая масса будет постепенно нагреваться, а её температура будет выравниваться, усредняться. Но, так как замёрзшая масса под поверхностью намного больше, чем тонкий нагревающийся поверхностный слой, то нам кажется, что земля как бы замерзает, потому что это усреднение идёт к очень низким отрицательным температурам.

- А как же тогда быть с теми мамонтами и другими животными, которые очень быстро замёрзли? - спросил Олег.

- Мы тоже этот вопрос обсуждали и пришли к выводу, что быстрое замерзание происходило в тех случаях, когда трещины доходили до поверхности Земли и переохлаждённый газ из недр начинал вырываться наружу, в атмосферу. - пояснил Дмитрий, - При этом давление падало ещё сильнее, чем во внутренних подземных полостях, поэтому происходило резкое дополнительное охлаждение. Плюс к тому, дышать этим газом невозможно, поскольку это же летучие углеводородные фракции, метан, пропан и подобные им газы. А поскольку они были очень холодные, то они остались внизу, вытеснив более тёплые атмосферные газы наверх.

- То есть, ты хочешь сказать, что те же мамонты просто задохнулись? - уточнил Олег.

- Да, точно, но они не просто задохнулись. Инстинкт дыхания является одним из базовых, который те же животные не могут контролировать и просто выключить. Поэтому, если животные начинают задыхаться, то есть, им не хватает кислорода, то инстинкт заставляет их дышать более интенсивно. В итоге они вынуждены были очень активно вдыхать этот переохлаждённый газ, пока не умерли. У них просто выбора не было.

- И тогда это объясняет, почему они так быстро замёрзли! - подхватил мысль Олег, - Когда они надышались этой переохлаждённой газовой смеси, то их начало промораживать изнутри, через лёгкие.

Возникла небольшая пауза. Женька с Олегом обдумывали только что полученную информацию, а Дмитрий думал о чём-то своём.

- А ещё меня знаете, что тут поражает во всех этих зданиях? - спросил друзей Дмитрий.

- Что?

- Очень высокий технологический и художественный уровень их постройки, - ответил Дмитрий, - Одно дело, когда мы подобные здания, с массой узоров из резного кирпича или с той же очень качественной и красивой лепниной видим где-нибудь в столицах, в Москве или в том же Питере. Вроде как там жила элита, у которых было много ресурсов, и которая могла себе позволить строить большие каменные красивые здания. Но это же Бийск, который стоит чёрте где в глубине Сибири! А тут бац, не одно-два таких богатых здания, а сразу несколько кварталов, начиная с особняка, где находится «Музей Чуйского тракта», и дальше несколько кварталов вдоль этой улицы, по которой мы сейчас идём, и в обе стороны. Да тут несколько десятков таких домов!

- Ну, так тут был важный транспортный узел и торговый центр, - возразил Олег, - По сути, ворота в Монголию и Китай.

- Это понятно, что транспортный и торговый центр, - согласился Дмитрий, - Дело в другом, чтобы построить такие здания, нужны мастера. Люди, которые смогут тебе и красивую лепнину сделать, и узоры из кирпича выточить и выложить. Самое смешное, что мы сейчас, даже если захотим, построить такие здания заново не сможем! Ну, нету у нас ни мастеров, ни технологий, чтобы их построить. Лепнину, может быть, ещё сможем сделать, да и то придётся специалистов где-то в центре искать, вряд ли они тут в Бийске есть. А резные кирпичные фасады из современного кирпича уже не сделать. Он будет крошиться и скалываться. Да и мастеров таких у нас нет в принципе. Сама технология утрачена.

- Причём мастеров таких тут в Сибири было достаточно много, - продолжал свои рассуждения Дмитрий, - Мы ведь подобные здания видим не только в Бийске. Такие же здания мы видели и в Томске, и даже в Горно-Алтайске. А это значит, что тут, в Сибири, была достаточно мощная  экономика. Люди жили богато, если могли позволить себе строить подобные здания. А это, в свою очередь, означает, что если тут и была какая-то «Империя», то точно не Романовская, и она не изымала отсюда подчистую все ресурсы, как делали «Романовы».

- Обоснуй, почему не Романовская? - задал вопрос брату Женька.

- Да очень просто, - ответил Дмитрий, - Пока не построили железную дорогу в Сибирь, тот самый «Трансиб», у Романовых, по сути, не было физической возможности вывозить отсюда ресурсы в Европу. В Сибири все основные реки текут с Юга на Север. Северный морской путь у нас после похолодания стал непроходим. По рекам, теоретически, можно попытаться пройти из Сибири в европейскую часть, в ту же Волгу, из Оби в Иртыш, дальше в Исеть, через Екатеринбург, а потом волоком в Чусовую, по которой уже можно попасть в Каму и Волгу. Но, во-первых, это очень долго. Просто посчитай, какое расстояние нужно пройти по всем этим рекам, чтобы добраться, например, из этого самого Бийска хотя бы до той же Перми, не говоря уже про Москву и Питер. За один год точно не доплыть, где-то придётся зимовать. А во-вторых, когда начала выпадать глина и резко похолодало, то помимо морозов также существенно нарушился водный баланс территории. Воды стало намного меньше.

- Да, я помню, - подтвердил Женька, - На второй конференции Артур делал по этой теме доклад и показывал старую немецкую карту, где другой уровень озёр и рек.

- Вот именно, - продолжил Дмитрий, - Но если воды стало в реках меньше, то они либо вообще перестали быть судоходными, как наш Миасс, например, либо стали не проходимы для больших судов. Кроме того, у нас достаточно большая часть маршрута получается против течения. А по реке до второй половины 19 века, когда начали массово строить пароходы, перемещать грузовые суда и баржи можно было только если их тянуть бурлаками. А теперь, внимание, вопрос. Про бурлаков на Волге слышали все. Это была огромная инфраструктура, которая обеспечивала очень серьёзный грузовой поток по Волге, в которой были задействованы десятки, если не сотни тысяч людей. Поэтому о ней осталось масса описаний и документальных подтверждений, включая картины и даже фотографии. Но если был активный вывоз ресурсов из Сибири, которую Романовы якобы присоединили ещё в 17 веке, то где точно такая же инфраструктура на всех сибирских реках? Кто нибудь про неё хоть что-то слышал?

- А ведь и правда, - согласился Олег, - Про бурлаков в Сибири я вообще ничего не слышал! Хотя, может быть, я просто не искал…

- А я искал, - ответил Дмитрий, - И ничего не нашёл. Но есть и другой факт, который доказывает, что никаких бурлаков в Сибири не было. Чтобы тягать баржи бурлакам нужны тропы вдоль берега. Иначе они баржу тащить просто не смогут. Так вот, в европейской части, где бурлаков активно использовали, следы таких троп вдоль берегов рек можно до сих пор найти практически повсеместно. А вдоль сибирских рек таких троп нет.

- И какой из этого всего следует вывод? - снова поинтересовался у брата Женька.

- А, вывод очень простой, - сказал Дмитрий, - Пока не была построена железная дорога в Сибирь, никакой экономической ценности для Романовых Сибирь представлять не могла по той простой причине, что, во-первых, они не могли отсюда вывозить ресурсы, а во-вторых, они бы не смогли сюда направить и оперативно обеспечивать всем необходимым достаточное количество войск, чтобы держать эту территорию под контролем. То есть, Сибирь могла формально входить в состав «Империи», но реально она должна была быть экономически полностью независимой, поскольку в то время просто не было физической возможности перемещать большое количество ресурсов из Европы в Сибирь и обратно. Потому и жили в Сибири богато, богаче, чем в европейской части, где был паразитический германский, точнее саксонский режим «Романовых», который грабил местное население и вывозил награбленные ресурсы в Европу, в первую очередь в ту же Северную Германию, что обеспечивало её быстрый экономический рост. Даже по официальной версии истории уже начиная с Екатерины Второй, которую на самом деле от рождения звали София Августа Фредерика Ангальт-Цербстская, в правителях «Романовской Империи» русской крови в принципе не было.

- Нет, нет и нет, и ещё раз нет! Имперская романовская Россия этого не строила. Моща не та, - возмущённо проговорил Олег, - Мастаки присваивать всё себе. Паразиты захватчики.

Друзья снова наблюдали единый стиль архитектуры, тот же кирпич и те же технологии строительства. Даже межшовный раствор был таким же как в Томске. Это говорило о том, что это была какая-то единая большая цивилизация, с общей культурой, общей символикой, где люди жили в достатке, а потому могли позволить строить себе большие и очень красивые каменные здания с богатой отделкой.

А потом эта цивилизация была захвачена европейцами, которые начали её грабить и, по сути, грабят до сих пор.

Друзья перешли через дорогу и остановились у невзрачного одноэтажного здания, окна которого едва возвышались над тротуаром.

Через низкие окна было хорошо видно, что там находится какой-то продуктовый магазин.

- По идее, мы сейчас откроем дверь и увидим лестницу для удобства входа. Пол там будет ниже уровня земли. Пошли, - и Димка открыл дверь в помещение.

- Ну, так и есть. Дальше можно и не проходить, - проговорил он довольным тоном.

Олег наблюдал полно-размерное помещение магазина с высокими потолками. Если не знать, что снаружи здание полузасыпано глиной, то никогда не скажешь, что это какой-то подвал.

- Ну, что, я думаю, тут уже всё понятно, - проговорил Дмитрий, - Давайте возвращаться обратно к машине, а то мы уже далековато ушли. Думаю, что чего-то нового мы уже не увидим. Да и в принципе, я для себя тему засыпанных первых этажей в целом уже закрыл. Уже даже как-то не интересно стало её исследовать и обсуждать. Когда понимаешь причины и те процессы, которые к этому привели, получаешь реальный ключ для объяснения тех фактов, которые мы повсеместно наблюдаем. Можно, конечно, бегать со смартфоном и снимать на видео и фото все эти засыпанные этажи, но ничего особо нового уже мы от этого не узнаем. Просто накопление дополнительных фактов, которых у меня уже и так более чем достаточно.

Ребята вернулись обратно к машине, по пути ещё раз пройдя мимо красивейших старинных зданий, находящихся сейчас в ужасном состоянии. На всей длинной улице отреставрировано было только одно единственное здание, возле которого они остановились.

- Честно говоря, - сказал Дмитрий, пока они возвращались к машине, - Я даже не ожидал, что в Бийске будет столько старинных красивых зданий! Не просто старых, а именно красивых, богато украшенных. Это то, что называется «архитектура». А это, кстати, также явный признак высокого уровня культуры у тех людей, кто их проектировал и строил. Большинство современных архитекторов таких зданий уже даже запроектировать не смогут.

- А меня другое поразило, - сказал Олег, с явным сожалением в голосе, - В каком же ужасном состоянии большинство этих зданий сейчас! Прямо таки больно на это всё смотреть! Ну, неужели у местных нет желания всё это сохранить, восстановить, привести в порядок? Ну как так-то?!

- Желание-то у них может быть и есть, - ответил Дмитрий, - Но у них для этого возможности нет.

- Это ещё почему? - спросил Олег.

- Да потому, что вся наша современная экономическая система выстроена по паразитарному принципу, где федеральный центр пытается выкачать  себе максимум ресурсов с регионов, областные центры выкачивают всё, до чего не дотянулись федералы, а на местах уже толком ничего не остаётся. У нас вся бюджетная модель выстроена таким образом, что ни один муниципалитет не в состоянии существовать за счёт тех налогов, которые он по закону имеет право собирать. Если не будет дотаций из области и федерального центра, то они вообще ничего не смогут сделать. Да и если смотреть на тот же бизнес, то большая часть наиболее прибыльных бизнесов тоже отжали под себя либо федералы, либо какие-то крупные региональные кланы. Но в современной капиталистической модели весь смысл любых подобных действий всегда состоит в извлечении максимальной прибыли. А в результате получается, что если есть тут даже какой-то завод, который вроде бы даже работает, какую-то продукцию производит, но хозяин этого завода находится либо в Москве, либо в областном центре. Следовательно и вся прибыль уходит тоже либо в Москву, либо в областной центр. А на то, чтобы, например, вот такие здания содержать, я уже не говорю про то, чтобы восстанавливать, денег уже не хватает. Ну, видно же, что ещё недавно эти здания эксплуатировались, помещения сдавались кому-то в аренду. Значит, у этих зданий был какой-то владелец, которому эта аренда платилась. Но основной задачей этого владельца, хозяином его назвать язык не поворачивается, было именно выкачивание максимальной прибыли для себя. Поэтому в содержание зданий этот владелец не вкладывал ни копейки. А когда здания обветшали настолько, что их признали аварийными, то арендаторов просто выгнали, но делать со зданиями всё равно ничего не стали. Думаю, что эти здания должны быть памятниками архитектуры, включены во всякие там реестры и списки, следовательно с очень высокой вероятностью сейчас являются собственностью именно муниципалитета. А у муниципалитета денег на то, чтобы их восстановить нет, и при сегодняшней экономической политике никогда и не будет.

- Так и что делать-то, Диман?! - спросил Олег.

- Что делать, что делать? - задумчиво проговорил Дмитрий, - Знал бы я, что делать, вряд ли бы я сейчас с вами по Алтаю путешествовал. Но одно я знаю точно, либо мы найдём способ, как вернуть себе свою страну, либо нас окончательно превратят в рабов без права голоса.

С такими невесёлыми мыслями ребята дошли до машины.

- Ну, что, садитесь, - проговорил Дмитрий, - Пора уже что-нибудь перекусить. Сейчас где-нибудь по пути найдём магазин и купим чего-нибудь вкусненького. А там уже и в сторону Новокузнецка пора выдвигаться.


Продолжение